Журнал «Золотой Лев» № 69-70 - издание русской консервативной мысли

(www.zlev.ru)

 

С. Гайдаржи

 

Что теряет Россия из своей зарубежной собственности[1]

 

Масштабы собственности нашей страны, находящейся за рубежом, впечатляют. По данным Федерального агентства по управлению федеральным имуществом (в прошлом Министерство госимущества (МГИ), учтенное российское имущество насчитывало 2559 объектов общей площадью 2 млн кв. м, расположенных на территории 120 государств. Балансовая стоимость этой недвижимости, по оценке МГИ на тот период, составляла 2667 млн долларов.

 

Что же касается общей стоимости загрансобственности, то Счетная палата оценила ее в 300 млрд долларов. Общественный экспертный совет по этому вопросу во главе с профессором Дипломатической академии МИДа Владленом Сироткиным и английское частное агентство Pinkerton дают еще большую цифру — 400 млрд долларов. Эти суммы включают в себя стоимость и спорного имущества.

Но сложилась парадоксальная ситуация: хотя указанная собственность существует и принадлежит России по международному праву, при этом никто с абсолютной точностью не может сказать, сколько у нас имущества и где именно оно находится. Понятно, что зарубежная собственность могла бы стать весьма эффективным объектом хозяйственной деятельности.

К сожалению, в настоящее время говорить о “наших достижениях” в этой сфере пока не приходится. Провозгласив “свободный рынок”, мы не учли, что становление и развитие структур, необходимых для эффективного управления собственностью, находящейся за пределами нашей страны, не происходит само собой за счет самоорганизации. Для этого нужна соответствующая государственная политика. Давайте разберемся, есть ли она сегодня в этой области и из чего состоят наши заграничные миллиарды.

Прежде всего нам принадлежит (или должна принадлежать) бывшая советская госсобственность за рубежом, которая отошла России как правопреемнице. Сюда приплюсуем и собственность царской России, поскольку СССР признал себя правопреемником империи Романовых. Кроме того, в 1992 году мы признали себя правопреемниками еще и всех правительств и режимов, существовавших на российской территории во время Гражданской войны. Что касается так называемой “царской недвижимости” за рубежом, то тут есть определенный порядок, так как существует “Список русских учреждений в Палестине и Сирии (1903 год)”. Речь, конечно, идет о Святых местах в городе Иерусалиме с его православными монастырями, гостиницами для многочисленных паломников, церквями и другими объектами, построенными на деньги православных русских. Это детские сады, больницы, здания духовных миссий Русской православной церкви и т. д.

Как известно, Октябрьская революция вызвала мощный отток российских граждан из страны. Большей частью это были состоятельные люди. Меценатская деятельность наших соотечественников первой волны эмиграции, оказавшихся по доброй воле или вынужденно за границей, также была источником возникновения российской собственности за рубежом. Построенные на их средства в начале прошлого века дома, подвергавшиеся впоследствии реконструкции, реставрации и расширению, зачастую переходили в собственность Русской зарубежной церкви.

Другое дело, когда мы говорим о так называемом “русском золоте”. Дело в том, что с 1880 года в России широко использовалась практика, согласно которой индустриальная модернизация страны проводится за счет кредитов, предоставляемых Западом под “залоговое золото” России. В 1888 году французскими банкирами был предоставлен России кредит в размере 8 млн золотых франков для ускорения темпов железнодорожного строительства. В качестве гарантии на депозит ряда французских банков было отправлено русское золото. Подобная практика всех устраивала: западные инвесторы легко шли на кредитование, рассматривая русское золото как надежную гарантию — настолько надежную, что в результате всех операций перед Октябрьской революцией 2/3 золотого запаса России осело в таких странах, как США, Франция, Англия и Япония.

Позднее проверка показала, что новые железные дороги не могут быть введены в эксплуатацию без соответствующей реконструкции. Наспех построенные, они не отвечали техническим стандартам: существовала определенная опасность в их эксплуатации. Реконструкцию дорог было удобнее осуществлять в условиях, когда они принадлежат государству. Поэтому было принято решение максимально выкупить частные железные дороги, то есть обратить их в госсобственность с последующей реконструкцией. Под эту акцию был приурочен выпуск “золотых” облигаций из расчета 4 процента годовых. Широко разрекламированный во Франции заем помог моментально реализовать его облигации, ибо это было исключительно выгодно для их держателей: в самой Франции доходность таких бумаг не превышала 3 процента. Не менее привлекательным моментом было и гарантированное участие иностранных банков и промышленных компаний в строительстве российских железных дорог. Безусловно, создание сети современных железных дорог на территории Российской империи означало укрепление страны в стратегическом плане, в чем конечно же ни одно зарубежное государство не было заинтересовано. Но даже это не остановило европейских кредиторов. Перспективы для западных подрядчиков были настолько заманчивыми, что они закрывали глаза на нежелательное усиление России.

Поступление золота и иностранной валюты из России на Запад не прекращалось в течение Первой мировой и Гражданской войн. Оно продолжалось и много позже, вплоть до наших дней.

Утечка золота за границу была непрерывной и интенсивной, так что в течение первых трех лет мировой войны золотой запас России претерпел серьезные изменения: он впервые сложился в пользу заграницы. С октября 1914 года царское правительство целенаправленно направляет русское золото за границу, объясняя эту акцию необходимостью приобретения амуниции и вооружения. Среди исследователей существуют различные версии на этот счет. Некоторые из них подтверждают искренность объяснений царского правительства, другие, напротив, дают информацию о направлении за рубеж частных золотых запасов с целью обеспечения себе безбедного существования в случае вынужденной эмиграции на неопределенный срок. Скорее всего, обе версии имеют право на существование, которым соответствовали два основных потока русского золота на Запад.

В итоге две трети золотого запаса России в 1914—1917 годах были отправлены царским правительством в Японию, США, Канаду, а также в Англию и Францию на покупку оружия. Золото отправлялось через Сибирь и Дальний Восток на военных судах. По оценкам экспертов, перечисленные страны недовыполнили военные поставки не менее чем на 80 процентов. Естественно, золото они не вернули.

Ряд ученых полагают, что Россия вправе претендовать на возвращение только из Англии 50 млрд долларов. С начала Первой мировой войны в Англию было вывезено золота, по разным подсчетам, более чем на 4 млрд долларов. Средства поступали на счета Банка Англии и старейшего коммерческого банка “Бэрингс”. По разным оценкам, на счетах в Америке в свое время также находилось до 80 млн долларов, перевод которых санкционировало Временное правительство.

Известно, что сразу после революции правительства Франции и США наложили эмбарго на российские авуары. У них это называлось “временно взять под свою ответственность от имени союзников” (из письма министра финансов правительства Клемансо Луи-Люсьена Клотца в декабре 1918 года). В том же самом письме Клотц дает рекомендацию управляющему Банком Франции не отражать это золото в отчетах о деятельности банка. С этой целью тщательно заметались следы: слитки с императорским двуглавым орлом были пущены в переплавку, и на заново отлитых появилась французская эмблема.

Впрочем, в последние времена эффективность управления золотым запасом была ненамного лучше. Так, в период правления В. Черномырдина мы стали свидетелями последствий от распродажи в свое время во Франции “золотых” царских облигаций под индустриальное развитие России. Урегулирование вопроса “по Черномырдину” вызывает недоумение и резкую критику в среде ученых, дипломатов и просто думающих и достаточно информированных людей.

Известно, что из 400 тыс. претендентов — держателей царских ценных бумаг на деле менее 10 процентов имели право на получение компенсаций. Российское Правительство щедро выплатило 400 млн долларов держателям акций, не потребовав подтверждения подлинности ценных бумаг. Французское же правительство, напротив, продемонстрировало государственный подход в этом деле: оно сделало то, что не сделало Правительство Черномырдина, заморозив эти деньги на специальных счетах до выяснения подлинного количества потомков. Последним было предложено самим доказать подлинность своих притязаний.

На сегодняшний день, по самым скромным подсчетам, считает профессор Дипломатической академии В. Сироткин, российского золота за рубежом находится примерно на 100 млрд долларов.

Ну а теперь обратимся к советской собственности. Движимую ее часть составляют активы в виде банковских вкладов, драгметаллов, ценных бумаг. Речь идет, в частности, и об акционерном капитале — собственности, существующей в виде различных компаний, учрежденных с участием госсредств и имущества бывшего СССР. Эти компании создавались и действовали на территории зарубежных государств. Акционерный капитал (контрольный пакет акций) в этом случае принадлежит (или принадлежал на момент создания компании) государству. В тот период государство представляли зачастую различные внешторговские объединения. Когда распался СССР, активы акционерных обществ начали постепенно уходить из поля зрения государства через учрежденные дочерние и им подобные фирмы. Сделать это было несложно: акционерные общества в свое время не были учтены государством, так как в Советском Союзе не была создана соответствующая структура и не было единого реестра акционерных обществ. С распадом страны ясности в этом вопросе не прибавилось.

В начале 90-х годов движимую зарубежную собственность нашей страны в виде банковских вкладов условно называли “золотом партии”, поиск которого велся весьма активно. Результат, как известно, отрицательный. Управление этой собственностью в советское время осуществлялось посредством закрытой переписки и секретных распоряжений ЦК КПСС. Сейчас в этой сфере мало что изменилось. Информация фактически засекречена — на основании законов о гостайне, банковской, коммерческой тайне и др.

Советская недвижимая собственность большей частью сформировалась в результате определенных итогов Второй мировой войны. Например, возникновение недвижимого имущества Западной группы войск обусловлено реализацией нашей страной своего оккупационного права. Еще один из вариантов приобретения недвижимости в собственность нашей страны в тот исторический период — получение ее по репарации.

Что касается этой категории имущества, то здесь необходимо срочное наведение порядка. В германских средствах массовой информации периодически появляются сообщения об уничтожении важной документации, подтверждающей права собственности нашей страны на зарубежное имущество. Так, например, 21 июня 1992 года в Потсдаме полностью сгорело здание Федерального имущественного ведомства с 5 тыс. подборок документов, подтверждающих права собственности Западной группы войск на недвижимое имущество. В апреле 1993 года сгорела часть архивных документов в центральном земельном архиве в г. Барби. Пожар уничтожил около 4 процентов хранимых там архивных документов, многие были повреждены. В связи с этим приобретают огромную доказательную силу архивные документы Советской Военной Администрации в Германии — списки имущества, подпадающего под секвестр, конфискованного имущества и возвращенного имущества немецкой стороне, на основании которых (при посредничестве немецких юристов) нам предстоит еще сделать заявки на возвращение прав собственности сначала в земельных ведомствах, а затем в земельных судах Германии.

Имущество, отошедшее нашей стране по репарации, конфискации и т. д. после Второй мировой войны в Германии, Австрии, Венгрии, Финляндии, Румынии, Болгарии, специалисты оценивают без малого в 6 тыс. объектов стоимостью приблизительно 300 млрд долларов. В большой мере нерасторопностью российского Правительства в сфере управления загрансобственностью, а также принятыми в свое время М. Горбачевым и Э. Шеварднадзе решениями объясняется напористость и даже жесткость Германии на российско-германских переговорах по проблеме долга бывшего СССР бывшей ГДР. Известно, что так называемые “переводные рубли” использовались во взаимных расчетах между странами — членами СЭВ, и эта денежная единица прекратила свое существование вместе с самой организацией. Тем не менее германская сторона категорически настаивала на курсе, в соответствии с которым один переводной рубль равен 2,34 марки ФРГ. В результате хитроумных немецких финансовых расчетов сумма задолженности бывшего СССР бывшей ГДР из 6,4 млрд переводных рублей трансформировалась в 15 млрд марок ФРГ.

Немало собственности осталось за рубежом с советских времен: с распадом Советского Союза в политической суете упустили из виду его недвижимое богатство, а оно есть. Так, в 1998 году за границей насчитывалось 2559 бесхозных объектов (торгпредства, их инфраструктура, офисы, квартиры “Интуриста”, “Морфлота”, “Совэкспортфильма” и пр.). После вывода войск из ГДР СССР также оставил там собственность на сумму в 63 млрд долларов, причем оценка этого имущества и отечественными, и западногерманскими финансовыми органами в тот период совпадала.

Много загрансобственности осталось в других, помимо Германии, странах Восточной Европы. Количество объектов просто поражает: в Венгрии — 244, в Болгарии — 672, в Румынии — 464, в Финляндии — 295, в Австрии — 2415. Если не все эти объекты, то хотя бы часть из них могла бы “работать” на благо нашей страны. В настоящее время это богатство или бесхозно, или обрело новых хозяев.

По понятным причинам, иностранные государства не заинтересованы помогать России в розыске российской собственности на их территории. Поэтому неплохо было бы продумать условия, на которых с соответствующими органами иностранных держав можно было бы договориться, подогревая их интерес (например, обещанием льготных ставок аренды в переданных России зданиях или возможностью их совместного использования).

С 1993 года в недрах Государственной Думы готовились законопроекты, призванные защитить объекты российской собственности за рубежом, было рассмотрено десять отдельных законопроектов. В 1998 году Дума пыталась даже блокировать все сделки с имуществом за рубежом до принятия соответствующего федерального закона. Но, к сожалению, на принятый Государственной Думой и утвержденный Советом Федерации Закон “Об управлении собственностью Российской Федерации, находящейся за рубежом” Б. Ельцин наложил вето с замечаниями на восьми страницах, и закон ушел на доработку в согласительную комиссию. При этом разработчики закона признали, что окончательный продукт получился излишне общим и декларативным, и принялись за его доработку с учетом замечаний Президента. С тех пор сменился и состав Государственной Думы, и Президент, а работа над законом продолжается.

Сегодня депутаты Государственной Думы готовы рассмотреть и поддержать концепцию закона Правительства, Президента. Правда, одним законом проблема в целом не решается. Нужен блок законов: об иммунитете собственности Российской Федерации, о реестре всей собственности Российской Федерации, об управлении зарубежной собственностью Российской Федерации. А до принятия этих законов желательно выяснить отношения с Украиной и Грузией, которые упорно претендуют на часть зарубежной собственности бывшего СССР: именно они не ратифицировали соглашение 1992 года, по которому Россия берет на себя все долги бывшего СССР, а взамен получает все его активы. Украина уже давно разослала ноту с требованием, чтобы западные страны не признавали правопреемство России. И ряд стран по этому вопросу занял позицию наблюдателя, пока бывшие республики СССР разберутся между собой. В Европе правопреемником СССР Россию официально признали пока только Болгария, Венгрия, Исландия, Финляндия и Швеция.

Многие специалисты полагают, что внешние долги Российской Федерации в 158 млрд долларов вполне могут быть обеспечены той собственностью, что находится за границей. Недаром МВФ из года в год требует хотя бы подсчитать ее, создать реестр имущества. Между тем известно, что во многих странах претензии на права собственности ограничены сроком давности...

 

Сергей ГАЙДАРЖИ, директор Департамента контроля за государственным долгом, банковской системой, Центральным банком Российской Федерации, кредитно-финансовыми учреждениями и финансовыми рынками (Счетная палата РФ), кандидат экономических наук

 

Рфс №22

2005



[1] Название принадлежит редакции «Золотого льва».


Реклама:
- газовый котел de dietrich купить