Журнал «Золотой Лев» № 219-220 - издание русской консервативной мысли

(www.zlev.ru)

 

А.М. Юсуповский

 

Диалектика выборов: выучены ли уроки 11 октября?

 

Услужливый дурак опаснее врага!

(русская пословица)

 

Что продемонстрировали выборы?

Что весь мир театр.

А политический мир - театр вдвойне.

Некий автор написал пьесу «День выборов-2». Так себе пьеса… Явно не Чехов. Режиссёр тоже не Станиславский, костюмеры и гримёры набраны «из своих», администратор заинтересован не столько в выручке от продажи билетов, сколько в заполнении зала и в сохранении своей синекуры, безотносительно результатов своей работы. Артистам тоже в условиях кризиса хочется блистать на сцене, получая гонорары, а не мести улицы или водить троллейбусы. Правда способностей их не хватает даже на то, чтобы выучить роль, но зачем её учить, если всё подскажут опытные  суфлёры? Примадонна, может быть, когда-то и обладала талантом, но теперь толстенный слой грима, макияжа едва скрывает её годы и черты лица, но оплывшую фигуру, двойной подбородок и прочие целлюлиты скрыть невозможно ни под каким платьем. Да и публике она известна больше не талантливо сыгранными ролями, а количеством любовников и мужей, годящихся ей уже не в сыновья, а во внуки. Но она опять претендует на роль главной героини-возлюбленной. А поскольку у неё «всё схвачено», то главная роль досталась опять ей.

Поскольку в прошлом публика позволяла себе освистывать артистов, а иногда и швырялась тухлыми помидорами, если их игра не устраивала публику, то администрация ввела ограничения. Вход на спектакль теперь только группами во главе с проверенными руководителями групп (клакерам контрамарки бесплатно), да и то на входе строгий фейс-контроль и секьюрити порой под смехотворным предлогом выпровождают с этого «праздника жизни» показавшихся нежелательными элементов.

Впрочем, «всё схвачено» не только у героини. «Схвачено всё» и администрацией театра. Реклама, возвещающая, что этот шедевр драматургии, имевший сногсшибательный успех не только в Париже, но и в Жмеринке увешала весь город, СМИ заполнены многоумными рассуждениями критиков, (конечно же, бескорыстных), о том, что не прийти на этот спектакль - означает прожить жизнь зря, что его просмотр кардинально изменит всю вашу жизнь…

Но разве эта глупая публика, что-то понимает в подлинном искусстве? И даже если она заполняет театр на 10-20%, то все артисты, включая примадонну, скажут в интервью по ящику, что спектакль имел бурный успех. Примадонна, потупив глаза, расскажет, как это тяжело быть любимой публикой и осаждаемой поклонниками (последний из которых ушёл на пенсию лет 10 назад), какая это ответственность играть Джульетту и сеять в душах зрителей разумное доброе вечное.

Впрочем, вернёмся к выборам.

А на выборы стоит глядеть глазами политолога. Если мы хотим понять смысл происшедшего и извлечь практические уроки. Деградация ключевых институтов демократии не только проблема России. Просто в России, как и всё остальное, кризисные явления проявляются выпукло и в острых формах.

Выборы – важнейший элемент политического управления обществом, ключевой элемент социальных технологий управления в демократическом обществе. Если выборы перестают реализовывать свои политические функции, вырождаясь в дурные игры, пустой ритуал, то это верный признак того, что в системных механизмах управления изъян.

Посмотрим предысторию. Сначала из выборов был устранён порог явки, делающий выборы состоявшимися. Потом поднят избирательный барьер для попадания в выборные органы власти, осуществлён переход от смешанной к партийной системе, убрана графа «против всех», за которую, нередко, голосовало больше людей, чем за реальных кандидатов. Но вместо того, чтобы повышать качество кандидатов и уровень доверия к ним решили убрать возможность отказать им в доверии.

И т.д. и т.п.

Какой-нибудь Чебурашка, глядя на итоги выборов, вполне мог бы с гордостью сказать, как в известном советском мультфильме: «Мы строили, строили. И построили. Вот!»

Выборы это показатель легитимности власти, её поддержки. Чем больше верхи вынуждены «озорничать» и «пиарить», тем большей эрозии подвергается легитимность. В политике делегитимация власти может накапливаться как усталость в металле. Когда конструкция падает, то что-то менять уже становится поздно.

Конструкцию, конечно же, можно заново покрасить. Можно привлечь в ряды партии или законодателей популярных фигур, известных певцов, симпатичных известных спортсменок с хорошей фигурой. Вот ждать от них повышения качества законодательства, качества управленческих решений будет неоправданным оптимизмом.

Выборы - это ещё и политическая школа. Инструмент повышения политической культуры граждан. Если политиками публично обсуждаются насущные вопросы, предлагаются и аргументируются решения насущных общественных проблем. Если же оппоненты третируются, публичных дискуссий не ведётся, или всё это сводится к состязанию манипулятивных политтехнологий, политических рекламщиков, к бесплатным концертам или пиарным «находкам» (грубо говоря, к жульничеству, желательно не регулируемому законодательством), то вряд ли стоит удивляться что и интерес и явка будут неумолимо падать. Нам вообще кто-нибудь обещал на выборах распад СССР, НАТО у порога, войну в Чечне, олигархов, зашкаливающую преступность, рост инфляции, безработицы и ещё шлейф всяких социальных язв и болячек?

Граждане будут отказываться играть во все политические игры, если они сочтут их бессмысленными, не отвечающими их интересам или заведомо нечестными.

Но потом не ждите уж от этих граждан  ни готовности добровольно прийти на призывной участок, ни с оружием в руках защищать страны, рисковать, да и вообще что-то сделать не для себя только, а для страны. Его ТАК учили. И на выборах тоже.

Выборы - это политическая коммуникация. Не словесные потоки, изливаемые политиками друг на друга, а общение равноправных субъектов по поводу их интересов. Наши политики в азарте договариваются до прямых оскорблений друг друга. Нередко адресуют свои речи только своей аудитории, забывают, что за оппонента голосовало тоже определённое количество равноправных граждан РФ и наезды на коллегу-это наезды на этих граждан. Думский демарш, каким бы он ни был краткосрочным или надуманным, показал, что уровень доверия политических сил друг к другу и их договороспособность упали до рекордно низкого уровня.

Проводить в таких условиях модернизацию страны – это всё равно, что пытаться вытянуть из трясины кризиса воз, впрягая в него не только медведя, но лебедя рака и щуку.

 

Бюрократизация политики

 

Замер политической коммуникации показал, что у нас очень мало политиков и много начальников, привыкших жить в бюрократически начальственной иерархической логике: «Я начальник - ты дурак!». Вот и вся коммуникация. Демарш просто обнажил эту коммуникационную сторону проблемы.

Которым просто непонятно как, например, победившему в США Обаме могло прийти в голову поблагодарить уходящего Буша. Для них это в лучшем случае пустая формальность, в худшем - лицемерие. А не проявление нормального уважения политика из Демократической партии к гражданам США, голосовавшим и голосующим за республиканцев.

Достаточно взглянуть на проводимые в Думе заседания. Оппозиция для «партии власти» - не столько коллеги, выражающие интересы других групп избирателей, нежели они сами, чей взгляд и ракурс может оказаться полезным для принятия закона или нахождения компромиссного решения. Сколько политические соперники, если не сказать враги. Жалобы депутатов от оппозиции, что их мнения практически никак не учитываются, не говоря уже о том, чтобы воплотиться в законах,  что их даже не выслушивают, стали общим местом и никого не удивляют.

Один публицист, искренне считающий почему-то себя «охранителем» со свойственной ему добросердечностью договорился до того, что возмутившиеся фракции в Думе повели себя подобно «героине известной басни, которая, наевшись желудей, взялась подрывать корни дуба».

Продолжим эту метафору?

На ветке этого дуба сидит герой русского фольклора и пилит сук на котором сидит. Когда его предупреждают о возможности падения с многометровой высоты, он только показывает здоровенный административный кулак, да отпускает нелицеприятные реплики в адрес непрошеных советчиков. Но когда всё ж таки сук обламывается и он, ушибившись, падает в грязь, то начинает обиженно проклинать тех, кто его предупреждал, обзывая агентами мировой закулисы или колдунами.

Как-то так?

 

Выборы как политическая коррупция

 

Наличие фальсификаций, конечно же, по идее, доказывает суд и прокуратура.

Но уже сейчас можно сформулировать вопросы к ЦИКу. Почему в Москве, например, обнаружилась московская электоральная аномалия, опровергающая теорию вероятности и законы нормального статистического распределения голосов? Причём тем большую аномалию, чем большая на участках явка?

Конечно же, презумпция невиновности не позволяет верить в слишком простое и грубое объяснение, вроде такого, что из 400 пришедших, 600 человек голосует за «партию власти». Лидер «Яблока», вероятно, в силу своей патологической скромности, если верить протоколу, тоже не голосует за свою партию, хотя имеются даже визуальные свидетельства его голосования.

Нет, я верю в презумпцию невиновности избиркомов и московского начальства, но не до такой же степени…

В конце концов, не я один, придя за час до закрытия участка, обнаружил в журналах одну - две подписи проголосовавших граждан на весь разворот и скучающих в одиночестве членов комиссии. Где те невидимые моему невооружённому глазу потоки избирателей, которые обеспечили 35% явку в Москве? Мне как политологу и очевидцу это интересно. Нет, я не пойду в суд, поскольку жалко и времени и нервов. Но проблема  не в этом. Проблема вообще не столько правовая, сколько политическая.

Сходные вопросы задают себе десятки и сотни тысяч граждан, которые, опросив своих знакомых и друзей, «прогулявших выборы» тоже не могут понять, а где эти проценты в реальности и откуда они взялись на бумаге?

И если подобные вопросы станут риторическими, не находящими себе ответа, то есть гражданам всё «будет ясно», то для власти это плохой признак. Симптом того, что сама же власть и её бюрократический аппарат, желая не оконфузить начальство, а может, заслужить поощрение, невольно запустило процесс делегитимации власти. То есть довольно успешно пилит сук, на котором сидит.

Хотели как лучше?

Вот тут самое время перечитать эпиграф к этой статье.

 

Выборы как ЕГЭ

 

Выборы - это грубая, приблизительная, но весьма эффективная форма контроля над властью со стороны его величества народа (см. Конституцию РФ). Когда этот народ превращается избиркомами в мёртвые души, фиктивные бюллетени, высосанные из пальца проценты, он может отреагировать самым неожиданным образом.

Боюсь, что стремление имитировать хотя бы на бумаге, что всё нормально – тотальная болезнь всех бюрократических структур. На экзаменах (в виде ЕГЭ) тоже успокаивающие душу цифры оказались не подтверждёнными ни выборочной проверкой, ни контрольными работами проведёнными, например, в МГУ. А очковирательство - оно везде инвариантно: что на ЕГЭ, что на Саяно- Шушенской ГЭС, что на выборах.

Выборы как форма обратной связи и политического контроля.

Наша асимметричная конструкция власти такова, что законодателям и представительной власти, даже если они того искренне желают, довольно трудно контролировать власть исполнительную.

Речь не о том, кто хуже, а кто лучше.

Выборы показывают планку, до какой степени снизился контроль со стороны законодателей за исполнительной властью. И до какой степени исполнительная власть сама подбирает себе своих будущих контролёров. Хотя по идее всё должно быть наоборот.

Неспособность выборов сыграть роль механизма обратной связи для управляющих обществом лидеров чревата тем, что проблемы нагромождаются, обостряются, до очередной социальной аварии. Человек, дотронувшись до раскалённой сковородки, отдёргивает руку. Если рука не чувствительна, то ожог будет намного сильнее.

Механизмы обратной связи везде одни и те же, что и на Саяно-Шушенской ГЭС, что на выборах. Тут ЦИК в упор не видит никаких фальсификаций или нарушений закона, там соответствующие инстанции до поры до времени не видит проблем, выдаёт разрешения на эксплуатацию, а проверки не выявляют никаких серьёзных изъянов. При эксплуатации технических объектах приписываются объёмы и стоимость ремонта проведённого «своими», при эксплуатации политических процессов приписываются голоса поддержки «своих»? А виноватым и там и тут объявят советскую власть и лично Сталина?

Ах да, каковы уроки выборов…

 

Чем сердце успокоится?

 

Пока мыслимы три сценария. Оптимистический, вероятность которого почти нулевая. Неоригинально назовём его: «Так дальше жить нельзя». Он подразумевает, что будут сделаны все возможные выводы, включая кадровые и практические для переналадки всей системы выборов, чтобы она могла реализовывать свои функции не только на уровне пиара.

Модернизация общества может начаться с таких инноваций на уровне выборов, которые бы вернули им утраченные или ослабленные политические функции. Но пока признаков этого не заметно.

Понятно, что если театр осознаёт свой провал и сделает надлежащие выводы, то можно сменить режиссёра, найти толкового автора, обновить труппу, отправить на пенсию 60 -летнюю Джульетту, сэкономив только на косметике круглую сумму и т.д. А если не осознает?

Пессимистический или инерционный вариант можно назвать: «Всё хорошо прекрасная маркиза!» Он даже не нуждается в какой-то расшифровке. Пьеса будет та же, артисты и репертуар тот же. А в провалах, то есть «в отдельных недочётах» объявим виновными «мировую закулису», ЦРУ или отечественных бездарных завистников, подрывающих основы отечественного политического театра.

Наиболее вероятным может оказаться амальгамный вариант. С изображением на пиарно-публичном уровне «работы над ошибками», но с сохранением глубинных инвариантов старых механизмов. Вариант напрашивается на следующее название: «Как бы так всё изменить, чтобы ничего не менять по существу».

Поверим ли?